Зимовье Зверей
КОНЕЦ ЦИТАТЫ
Музыкально-литературная композиция
2001

Стихи и музыка - Константин Арбенин

1. Троянский вальс
2. "Каждая мышь довольна…" (стих)
3. Плывущему - море
4. Забудь меня внезапно
5. Комплекс уродов
6. Чуть больней
7. Никого, кроме Ницше
8. "Я ровно шесть веков подряд..." (стих)
9. МоноАтеизм
10. Хмурое урбо
11. Голь на бобах
12. Дороги, которые нас выбирают
13. Конец цитаты


ТРОЯНСКИЙ ВАЛЬС


Миллионы порожних бутылок
Заполняют чертоги чердачьи...
Что осталось от личного тыла -
Браки-призраки, ночки-подачки.

Оживая от прикосновений
Подающего знаки сознанья,
Уповаю на вас,
Уповаю на вас,
Уповаю на воспоминанья...

Аргументы, почившие в бозе,
Выгибают из губ оригами.
И всё больше склоняется к прозе
Мозг, наученный мыслить стихами.

Отраженье становится плавным,
Повторяет движения, словно
Повинуется бес,
Повинуется бес,
Повинуется беспрекословно...

Промедление необратимо
На театре любовных бездействий.
Память движется, движется мимо
И впадает в троянское детство,

Где в разгаре ночных приключений,
В промежутках меж чудом и чаем
Ложь я чуял не раз,
Ложь я чуял не раз,
Ложь я чуял, не разоблачая.

Но опасны сады Ойкумены
Для принцесс с непочатою свитой.
На звучащее тело Селены
Я надену невидимый свитер.

И падут неприступные стены,
И рассыплются камеры пыток
Под подковами пар,
Под подковами пар,
Под подковами парнокопытных.

Послевкусие свадебных маршей
Ощущается в кухне походной.
И желанья становятся старше,
И в возможностях больше свободы.

Мысли сходятся на горизонте,
Мир становится сух и утробен.
Только я в нём не прав,
Только я в нём не прав,
Только я в нём неправдоподобен.

2000


* * *

Каждая мышь - довольна,
Каждая мысль - на воле,
Каждой твари - по паре,
Каждой крале - по роли.
Всем кроликам - по капусте,
Удавам - по ящику мяса,
Наевшимся - по сиесте,
Непьющим - по кружке кваса...
И осталась - самая малость,
Осталась только голая милость,
Это всё, что от жизни осталось,
Всё остальное сгодилось
И пущено в ход...

1997


ПЛЫВУЩЕМУ - МОРЕ


Когда мутный свет утонувшей луны
Ладьёю всплывёт в наших чёрных глазах,
Мы скажем "привет" обаянью волны, -
И никто из нас больше не вернётся назад.

Мы помним, что остров еще далеко,
Мы знаем, что море будет жечь нам виски,
Но нам здесь так просто, нам здесь так легко -
Слепым не нужны маяки.

Плывущему - море,
Где рифы и мели.
Тонуть - так тонуть, виват!
И разве кто спорит.
В грядущее горе
Гребущий не верит.
Он проклял свой путь назад.
Что ж, вольному - воля.

Руль в наших руках, значит, будем рулить.
И выбросьте компас к подводным чертям.
Мы жили, как рыбы, теперь будем жить -
Как звёзды морские, судьбу очертя.

Мы движемся точно по плану сирен,
На голос их скорбных и траурных саг.
Наш штурман - безглазый циклоп Полифем.
Значит, встретимся на небесах!

Плывущему - море,
Где рифы и мели.
Тонуть - так тонуть, виват!
И разве кто спорит.
В грядущее горе
Гребущий не верит.
Он проклял свой путь назад.
Что ж, вольному - воля.

Когда лютый смерч нас ударит поддых,
Когда нас разнимет стальная гроза,
Судьба напоследок научит слепых
Писать завещания на парусах.

Уйти, углубиться, не дать слабину!
Мы тонем, мешая соль волн с солью глаз,
Чтоб правдой расплыться по плоскому дну -
В последний незыблемый раз!

Плывущему - море,
Где рифы и мели.
Тонуть - так тонуть, виват!
И разве кто спорит.
В грядущее горе
Гребущий не верит.
Он проклял свой путь назад,
Он выбрал дорогу над,
Он этакой доле рад.
Что ж, вольному - воля.

1989


ЗАБУДЬ МЕНЯ ВНЕЗАПНО


Забудь меня внезапно -
Наотмашь, сверху вниз.
Грусти до послезавтра,
А дальше - улыбнись.

И, тихо богатея,
Покинь мою мечту.
Я сам себе идея,
Сам Фикс и Паспарту.

Сам Гофман, Гримм и Гауф,
Сам Ганс и Христиан,
Сам фейерверк и траур,
Сам правда и обман.

Пополнив гордый список
Погашенных светил,
Я твоё имя высек
Под номером один.

Забудь меня достойно -
Без слёз и без обид.
Я большего не стою.
Я сам собой забыт.

Мой Гоголь невменяем,
Мой Кэрролл нелюдим,
Мы грозы обоняем
И звёздочки глядим,

А по ночам приходят
Вольтер и Честертон
И доводы приводят,
Пускаясь в моветон...

Конец моей цитаты -
Венец твоей души.
Мы оба виноваты,
И оба хороши...

Признав наш мир ошибкой,
Топи его в вине.
Забудь меня - с улыбкой.
Оставь всю горечь мне.

1999


КОМПЛЕКС УРОДОВ


Сегодня ты делаешь ставку на комплекс уродов,
А завтра твоя голова сыграет в их ящик.
Меж будущим и настоящим всего один продых,
Всего один отдых в конце этой сумрачной чащи.

Сегодня ты пишешь картины и крутишь рулетку,
А завтра - рыдаешь в жилетку о помощи свыше.
Меняешь свой флигель на крыше на прочную клетку,
И метишь монетку удачи, и пулями пишешь,
и пишешь, и пишешь...

И раз ты
Подобием в Бога не вышел,
Плевать на всеобщее счастье!
Но путь не прервать в одночасье,
Скользя по подсолнечным крышам!

Не трать понапрасну патроны,
Рыдая над участью лишних, -
Всевышний не ценит поклоны
Как жест миллионов
Свободных, но нищих
Душой...

Сегодня ты делаешь ход, не предвидя предела,
А завтра ты будешь жалеть о пределонезнанье.
Всего одно дело, одно, так сказать, начинанье -
И жизнь потеряла сознанье, и смерть охладела.

Сегодня лежачих не бьют - завтра их добивают.
Такое бывает... бывает, бывает и хуже -
Бывает, о них забывают, оставив на ужин;
Бывает: красиво снаружи, а внутри нарывает -
Бывает, бывает.

И раз ты
Подобием в Бога не вышел,
Останься хотя бы собою!
Или шаг от толпы за судьбою -
Ничто без заборов и вышек?

Ходьбой не убить расстоянье -
Вот пунктик борзых и легавых.
Лукавый не терпит сиянья
Как суть наказанья
Кривых и корявых
Душой...

На комплекс уродов
Тебе выдаст патент
Любой импотент
Всех времен и народов.
И ты, получив от него документ,
Лепи монумент
Из твердой породы,
И будешь в нем жить, не зная причин,
Не ведая слов и не пробуя сна,
Как тысячи тысяч тщедушных мужчин,
Забывших священное слово Весна, -

Всех тех, кто
Подобием в Бога не вышел
И в дьяволы лезет напрасно!
Их лица подходят как раз, но
Не в лицах тут дело, а выше!

Свободы, свободы, свободы
Им нужно для полного счастья,
А им - лишь прогнозы погоды,
Кресты да походы -
Как символ участия
К ним...

1991


ЧУТЬ БОЛЬНЕЙ


Когда мне станет хуже, чем сейчас,
Когда мне будет тяжелее, чем бывало,
Я завернусь потуже в покрывало
И, как халиф, умру на целый час.

Когда мне будет хуже, чем теперь,
И к ухудшению иссякнут перспективы,
Я не найду себе иной альтернативы
И, молча глядя в потолок, найду там дверь.

И скажу:
Не делай мне так больно,
Не делай мне так больно,
Не делай мне так больно,
А делай чуть больней.
И этого довольно,
И этого довольно,
Пожалуй, что довольно, -
Достаточно вполне.

Когда мне будет хуже, чем сейчас,
И нету силы дотянуться до гитары,
И не помогут ни враги, ни санитары,
Я позову к себе соседа палача.

Скажу: "Соседушка! Мне очень нелегко.
Душе мешает что-то важное, большое.
Ты разберись с большим, а я займусь душою.
И с мёртвых губ слижи за вредность молоко."

Но -
Не делай мне так больно,
Не делай мне так больно,
Не делай мне так больно,
А делай чуть больней.
И этого довольно,
И этого довольно,
Пожалуй, что довольно, -
Достаточно вполне.

Когда мне будет хуже, чем всегда,
Я свой перпетуум демобилизую.
И ускользну, но из последних сил опять спасую,
Вдруг порешив, что даже горе - не беда.

Когда мне станет хуже, чем теперь,
Когда мне всё-таки когда-нибудь да станет,
Я сам себе скажу своими же устами:
Ты слишком верил, так пойди теперь проверь.

Насколько это больно,
Насколько это больно,
Насколько это больно,
И можно ли больней?
Или этого довольно?
И этого довольно...
Пожалуй, что довольно...
Достаточно? Вполне.

1996


НИКОГО, КРОМЕ НИЦШЕ


Я напеваю на диктофоны
Своим друзьям старые песни.
Запоминаю их телефоны,
Чтобы допеть эти песни вместе.

Я размножаю странные сказки
На неисправной печатной машинке.
И путешествую вдоль до развязки,
Не замечая даже ошибки.

Моя работа проста -
Я пыль сдуваю с листа
И ухожу в те места,
Где вместо снов пустота.

Мои маршруты просты,
Я обрубаю мосты.
Моя работа пуста, как мир,
В котором нет смысла...

Я наблюдаю драматургию
В своей не очень-то логической нише.
Я точно знаю, что значат другие,
И никого не люблю, кроме Ницше.

Не обхожусь без снов и пророчеств,
А явь - что хочешь, то и найдёшь в ней.
Из всех знакомых мне одиночеств
Я выбираю, где понадежней.

Моя работа проста -
Я пыль сдуваю с листа
И ухожу в те места,
Где вместо слов пустота.

Мои маршруты просты,
Я поджигаю хвосты.
Моя работа пуста, как жизнь,
В которой нет смысла...
(До боли нет смысла.
Есть только воля,
Воля и боль...)

Я напеваю на диктофоны
Своим друзьям новые песни.
Я забываю их телефоны,
Чтобы забыть эти песни вместе.

Из всех знакомых мне одиночеств
Я выбираю ту, что мне ближе.
И снова вру ей - так, между прочим, -
Что никого не люблю, даже Ницше.

Моя работа проста -
Я пыль сдуваю с листа
И ухожу в те места,
Где нет ни шанса из ста.

Мои маршруты просты,
Я обрубаю мосты.
Моя работа пуста, как ты,
В которой нет смысла...

1995


* * *

Я ровно шесть веков подряд
Ловил чужие позывные,
А мой воинственный отряд
Считал часы и дни земные.
Но, спешив воинство своё,
Я выхожу из поля брани:
Я здесь один, на мне бельё,
И носовой платок в кармане.

1992


МОНОАТЕИЗМ


Запутавшись в речах богини Кали,
Я пробовал дышать сквозь жабры рабьи,
Пока её уста мне предрекали
Безденежье, безделье и безбабье.

Но я доволен был любым уделом,
Вычерпывал и тратил, сколько было.
И даже если смерть меня хотела,
Моя любовь всегда меня хранила

От черных дел и неразумных трат,
От адских петель в скрипе райских врат.

Те петли смазав маслом, но не мылом,
Я пробовал уйти и отвертеться,
Но оказалось, что не тут-то было, -
Какая цель, такие к ней и средства.

Всё, что я делал, становилось словом,
Танцующим вприсядку под ногами,
И некая священная корова
Преподнесла мне рог с тремя бобами.

И я бежал стеблями тех бобов
Долой от антиподовых богов.

Искать вину в других - не лучший способ:
Скорбь получаешь к истине в довесок.
И тот, кто мне вручал дорожный посох,
Остерегал клевать на мелких бесов.

Он говорил: колени - не подмога,
Любви достоин тот, кто гибнет стоя.
Он повторял: когда мы смотрим в оба,
То видим только зеркало кривое.

И в тех местах, где оптика лгала,
Я выпрямлял собою зеркала.

Сквозь кегельбан разбросанных кумиров
Всё виделось в какой-то мутной тризне,
И, брошенный наверх шипами мира,
Я расписался в моноАтеизме.

Делю свой ужин с сытыми врагами,
Которые и с Ним запанибрата...
Неужто в этом скверном балагане
Еще никто не умирал от мата!

Я буду первым, если захочу
Поставить не на Свет, а на свечу.

Бобы истлели, затекли колени,
И лёгкость на подъём разъела жабры.
Враги досрочно полегли от лени,
Задушенные собственною жабой.

Шипы завяли, муки притерпелись,
Дела свелись не только к песнопенью.
Все средства сочтены, и даже ересь
Является отныне лишь ступенью.

Теперь я ближе, нежели тогда, -
Сомненья укрепляют города.

1999


ХМУРОЕ УРБО


Шепот в эфире. Надежда на день.
Ставлю свой сон под стекло.
В будущем мире я только лишь тень,
Которой не повезло.

Пустые бутылки я меняю на кич
Начинающих поэтесс.
А за окном безумствует вич,
Символизируя прогресс.

Но завтрашний день придет -
И мне будет больно.
Завтрашний день пройдет -
И мне будет трудно.
Пока пацифистка-ночь
Позволяет жить вольно,
А за окном уже разинуло пасть
Хмурое Урбо,

Сверкая челюстью
Из тысячи серебряных небоскребов.

Мой череп с зимы - обескровленный лед,
В нем желтеют талоны на чай.
Сверху течет птичий полет.
В общем, очень похоже на рай.

Китель к лицу - он приветствует силы
И добавляет ног.
Сколько там лет до ближайшей могилы?
Ну-ка, скажи, сынок!

Ведь завтрашний день придет -
И тебе будет больно.
Завтрашний день пройдет -
И тебе будет трудно.
Еще пацифистка-ночь
Командует "вольно",
А за окном уже качает права
Хмурое Урбо,

Мелькая лысиной
Из дюжины позолоченных телебашен.

Жизнь так проста, что не хочется жить.
Вот только - лень умирать.
Может, какой-нибудь сдвиг совершить
Или лечь и спокойно поспать?

А лучше - выпустить газ из сиреневых труб
И выпить их трубный яд.
Лучше вырвать последний непрошеный зуб
И всадить его в корень язв.

Но завтрашний день придет -
И опять будет больно.
Завтрашний день пройдет -
И опять будет трудно.
Уже пацифистка-ночь
Умоляет: "довольно",
А за окном уже разводит мосты
Хмурое Урбо...

1990


ГОЛЬ НА БОБАХ


Русалка в ветвях.
Воробей в облаках.
Тритоны ползут по траве впопыхах.
И наше бесстрашие преследует страх...
Боль на губах.
Голь на бобах.

1995


ДОРОГИ, КОТОРЫЕ НАС ВЫБИРАЮТ


Воздушный шар не выдержит двоих.
Дорога в небо нам не удалась.
Дорога в небо тяжела для живых,
Один из нас к тому же - балласт.

По прошествии лет
Не различая цены,
Я знаю: так было нужно,
Раз так решено.
И в этот дивный букет
Вплетая привкус вины,
Дороги гнут наши души
По принципу домино.

Дороги, которые нас выбирают,
Дороги, которые смеются нам в лицо.
Дороги, дороги - без просвета и края.
Одним дорога - Млечный путь,
Другим - трамвайное кольцо.

Пока клеймо не станет золотым,
Дорога к правде сжигает дотла.
Сама же правда превращается в дым,
И нам опять остаётся зола.

Поджигая, сгорай -
Себя не стоит жалеть,
Твой пепел будет стучаться
В иные сердца.
Меняя призрачный край
На центробежную сеть,
Опередившие мчатся
Обратно в поте лица.

По дорогам, которые нас выбирают,
Дорогам, которые смеются нам в лицо.
Дороги, дороги - без просвета и края.
Одним дорога - Млечный путь,
Другим - трамвайное кольцо.

Дорога влево потакает злу,
Дорога вправо перечит судьбе.
Я выбираю прямую стрелу -
Я выбираю дорогу к себе.

Сесть баркасом на мель,
Стать халифом на час,
Влиться тёплою пулей
В холодную кровь.
Твой горбатый Камель,
Мой крылатый Пегас
Однажды метко смекнули,
Что скоро встретятся вновь

На дорогах, которые нас выбирают,
Дорогах, которые смеются нам в лицо.
Дороги, дороги - без просвета и края.
Одним дорога - Млечный путь,
Другим - трамвайное кольцо.

1999


КОНЕЦ ЦИТАТЫ


Голос срывался с петель.
В дальние дали летел.
Пробовал выйти на крик,
Но застревал в пустоте.

В космосе было темно.
В комнате стыло окно.
Голос стучался в него,
Напоминал об одном:

Верните каждому своё,
Отдайте каждому своё,
Пусть все идут своим путём,
Приобретя утраты.

Отдайте каждому своё,
Верните каждому своё,
И как-нибудь переживём.
Конец цитаты.

1997

(с) К.Арбенин, 2001.